Ю́жная Осе́тия, полная официальная форма — Респу́блика Ю́жная Осе́тия (осет. Республикæ Хуссар Ирыстон [resˈpublikæ ˈχussar iˈrəston], груз. სამხრეთ ოსეთის რესპუბლიკა [ˈsɑmχrɛtʰ ɔˈsɛtʰɪs rɛsˈpʼublɪkʰɑ]) или Государство Алания (осет. Паддзахад Алани), на практике используется и аббревиатура РЮО — частично признанное государство в Закавказье. Не имеет выхода к морю. Вопрос о международно-правовом статусе Южной Осетии является спорным: независимость республики признана пятью государствами-членами ООН и пятью непризнанными и частично признанными государствами.
После войны 2008 года ранее созданная временная администрация существовала лишь формально, из-за чего в 2015 году предлагалось её упразднить.
В 1922—1990 годах Южная Осетия являлась автономной областью в составе Грузинской ССР. Южная Осетия в значительной степени опирается на политическую, экономическую и военную поддержку со стороны России.
Южная Осетия — мало кем признанное государство. Теперь, когда эти края стали относительно спокойными, выдалась возможность посетить его. Стартовал из Владикавказа по Транскавказской магистрали (Транскам) через Рокский тоннель. Сейчас это единственный возможный путь в эту область, так как авиасообщение с Цхинвалом отсутствует, а дорога со стороны грузинского Гори перекрыта со времен грузино-осетинского конфликта. Описание самого конфликта изложу ниже, пока скажу лишь, что чудес культуры и техники, а также особых достопримечательностей я от Южной Осетии не ждал: небольшая горная область, пострадавшая от войны и не имеющая больших предпосылок к экономическим прорывам. Ехал больше для «галочки». И, разумеется, чтобы увидеть регион своими глазами.
Вооружённый конфли́кт в Ю́жной Осе́тии — боевые действия, которые велись в августе 2008 года между Грузией, с одной стороны, и самопровозглашёнными республиками Южной Осетией и Республикой Абхазия, а также Россией, с другой.
Предыстория конфликта началась еще в 80е. В 1989 году Юго-Осетинская автономная область провозглашает автономную республику, а через год — объявляет о своём суверенитете. В ответ Верховный совет Грузии 10 декабря 1990 года упраздняет осетинскую автономию вообще, разделив её территорию по шести административным районам Грузии.
9 апреля 1991 года Грузия вышла из состава СССР, а Южная Осетия осталась в его составе.
Политическая борьба быстро переросла в вооружённые столкновения, и в течение всего 1991 года Южная Осетия была ареной активных боевых действий, в ходе которых безвозвратные потери (убитые и пропавшие без вести) с осетинской стороны составили 1 тыс. человек, ранено свыше 2,5 тыс.
19 января 1992 года в Южной Осетии состоялся референдум по вопросу «о государственной независимости и (или) воссоединении с Северной Осетией». Большинство участвовавших в референдуме поддержало это предложение.Весной 1992 года, после некоторого затишья, вызванного государственным переворотом и гражданской войной в Грузии, военные действия в Южной Осетии возобновились. Под давлением России Грузия начала переговоры, закончившиеся 24 июня 1992 года подписанием Дагомысского соглашения о принципах урегулирования конфликта.
14 июля 1992 года был прекращён огонь, и в зону конфликта для разъединения противоборствующих сторон были введены Смешанные силы по поддержанию мира (ССПМ) в составе трёх батальонов — российского, грузинского и осетинского.Очередное усиление напряжённости в зоне конфликта совпадает с приходом к власти Михаила Саакашвили, объявившего курс на восстановление территориальной целостности Грузии. В августе 2004 года дело дошло до кровопролитных столкновений, в ходе которых грузинские войска безуспешно пытались установить контроль над стратегическими высотами вокруг Цхинвали, но, потеряв несколько десятков человек, были отведены.
20 июля 2006 года министр обороны России Сергей Иванов пообещал помочь Абхазии и Южной Осетии в случае грузинской агрессии.
12 ноября 2006 года в Южной Осетии были одновременно проведены двое парламентских выборов и референдум о независимости.
17 апреля 2008 года президент Южной Осетии Эдуард Кокойты заявил, что грузинские военные подразделения подтягиваются к границам его республики, и призвал «воздержаться от необдуманных шагов, которые могут привести к трагическим последствиям».
В конце июля — начале августа регулярно происходили перестрелки и огневые налёты разной степени интенсивности. Мирные жители Южной Осетии в массовом порядке стали покидать зону конфликта.7 августа грузинская армия попыталась занять Присские высоты вокруг Цхинвала, эта атака была отбита.
В ночь на 8 августа (ок. 00:15 мск) грузинские войска подвергли Цхинвал обстрелу из реактивных установок «Град», а примерно в 03:30 мск начали штурм города с применением танков.
Около 10 часов 8 августа госминистр по реинтеграции Грузии Темур Якобашвили призвал Россию вмешаться в грузино-осетинский конфликт в качестве «настоящего миротворца». Якобашвили также заявил, что Грузия контролирует «почти все» населённые пункты Южной Осетии, кроме Цхинвала и Джавы.
Утром 8 августа российская авиация приступила к бомбардировке целей на территории Грузии.
9 августа продолжалась переброска войск с территории России в Южную Осетию и создание ударной группировки.
10 августа произошло российско-грузинское военно-морское столкновение.
11 августа российские войска перешли границы Абхазии и Южной Осетии и вошли непосредственно на грузинскую территорию.
После этого было заключено перемирие, хотя еще некоторое время ситуация в регионе была нестабильна и время от времени происходили инциденты, признанные террористическими актами, связанными с завершимся конфликтом.
Дорога из Владикавказа после Алагира пролегает в ущелье:
Гидротехническое сооружение на реке Ардон:
Границу прошел сравнительно быстро, однако на выезде из России несколько напряг пограничников: у прокатной машины заедал замок багажника, так что в нужный момент досмотра он, по закону подлости, отказался открываться. 10 минут уговоров (замка, не пограничников 🙂 ), ударов по кузову ни в чем не повинной машины и багажник с хрустом открылся. После этого я решил до конца поездки машину не закрывать. Вещи пришлось таскать с собой.
И вот я въезжаю в Южную Осетию:
Дорога в Цхинвал выглядит вполне прилично. Рокский тоннель, восстановленный Россией, выглядит новым, с иголочки:
После тоннеля начинается спуск, привлекает внимание выложенное на склоне горы «Спасибо, Россия!»:
Модная, как и в других местах на Кавказе, социальная реклама «Навеки с Россией» (портрет президента В.В.Путина тоже где-то встречался, хотя и не был запечатлен):
Дзау (Джава):
Въезд в Цхинвал:
Я ожидал от города откровенных руин (например, еще хуже, чем в Абхазии), но за 10 лет после войны многое неплохо восстановили.
Ко времени въезда в Цхинвал совсем стемнело, так что мои мечты увидеть из Цхинвала Грузию и трассу на Кутаиси не сбылись.
Церковь Св. Богородицы:
Бургеры по-McDanolds-ки (это вроде фирм Naik, Adubas?) наступают! Они уже в Цхинвале! Остановить их может только антибургерная засада в Рокском тоннеле, если, конечно, они наступают с юга 🙂 :
Памятник Коста Хетагурову:
Здание драмтеатра:
Памятник этнографу-краеведу Васо (Василию) Абаеву:
Резиденция президента Южной Осетии:
Пушкин, величайший на земле поэт, Бросил все и начал жить в… Цхинвале (с) 🙂 . Попутно обретя в своем бюсте осетинские черты лица:
До Гори рукой подать, так что память о тов. Джугашвили не меркнет:
Попытки найти сувенирный магазин в городе (один, что возле музея, уже был закрыт) привели к странному диалогу с местным полицейским. Последний долго складывал фразы на русском:
— Есть еще один, может быть.Ты знаешь, где пожарная часть?
— Нет, я не местный.
— Знаешь, где университет?
— Нет…
— Знаешь где баня?
— Нет…
— Тогда иди вон туда, а там повернешь или спросишь.
— Недалеко?
— Не очень…
Магазин я в итоге не нашел 🙂 .
Позже поинтересовался у того же стража порядка, где находится башня танка, вмонтированная в крыльцо дома (об этом ниже):
— Вы знаете, где столовая?
— Нет, я не местный…
— А знаете, где автовокзал?
— Да, кажется…
— Вам к нему не надо…
В итоге, я опять получил направление, по которому, кстати, нашел университет:
Мозаика с советских времен:
Пресловутая башня грузинского танка, подбитого министром обороны Южной Осетии генералом Анатолием Баранкевичем в 2008м. При восстановлении Цхинвала ее решили оставить торчащей в крыльце, где она приземлилась, как памятник:
Памятник миротворцам:
Когда-то здесь был памятник Ленину. Потом вместо Ленина появился флаг Южной Осетии. Теперь — просто постамент с арматурой (практически в новейших украинских традициях):
Пытался обнаружить какую-либо продукцию Южной Осетии, но кроме местной минералки (неплохой, кстати, на вкус) ничего не нашел:
На обратном пути из Цхинвала остановился перед российской границей после Рокского тоннеля. Прямо передо мной выбежал пограничник, захлопнул ворота и раскатал «еж», словно в каком-нибудь боевике. После этого встал с оружием наизготовку.
На мой вопрос: «Эээ, может отъехать? все в порядке?», он спокойно помахал рукой, мол, не напрягайся.
Я представил себе, как этот парень сейчас начнет отстреливаться, прикрываясь моей машиной. Это не придало мне оптимизма, так что я отъехал подальше и вышел из машины, готовый, в случае чего, драпать по склону подальше от неприятностей, которые, как мне виделось, были совсем рядом.
Минут через двадцать «еж» убрали, ворота открыли и рассказали мне подрбности: пьяный гражданин Южной Осетии пытался прорваться через кордон в сторону Цхинвала, но граница оказалась на замке 🙂 .
Багажник у машины открылся, но меня неожиданно стали допрашивать о поездке в подробностях, а в завершение отправили машину на рентген. Интересный получился опыт: будь у меня в бензобаке пара вваренных ниш для нелегальных иммигрантов или гранатометов, это бы обнаружили на снимке. Получается что-то вроде:
Сам же аппарат выглядит так:
В конце концов, меня отпустили, предварительно уверив, что после всех процедур волосы у меня не выпадут и в темноте я светиться не буду.
На обратном пути остановился возле строящейся в ущелье ГЭС:
К полуночи добрался до Владикавказа и без задних ног повалился спать.
В целом по Южной Осетии сформировалось такое впечатление: прокатиться было интересно, хотя специально повторять это большого смысла не вижу. Сама страна спустя десятилетие после войны выглядит лучше, чем та же Абхазия в похожей ситуации. В Южной Осетии, впрочем, географическое положение в разы сложнее: нет моря, нет транспортной инфраструктуры (авиа- нет, ж/д — не работает). Единственная надежда и возможность — Россия, с которой связывает узкая артрерия Транскама. Нет предпосылок для доходов (туризм, торговля), производства, полезных ископаемых. Если когда-нибудь партнерство с Россией пошатнется, станет очень невесело.